Алла Тучкова (avt1975) wrote,
Алла Тучкова
avt1975

Categories:

Модернисты изобрели новый грех – неумение постоять за себя

Совсем недавно на сайте «Правмира» отгремела кампания по борьбе с православным учением и Церковью, которая велась под благовидным предлогом защиты жертв семейного насилия. Во время этой кампании смешивали с грязью святых, клеветали на православных россиянок и обвиняли Церковь.


На фото: писательница Ирина Лукьянова, жена писателя Дмитрия Быкова

Клевета на святых женщин

Более коварного прикрытия для борьбы с православием, чем защита жертв семейного насилия, трудно себе даже представить. Только попробуй чего-нибудь возразить модернистам, и ты сразу же будешь выглядеть или как садист, или как мазохистка. Если против «правмировских» аргументов выступит мужчина, ему скажут, что он и сам избивает свою жену, и отстаивает соответствующее право для других, подобных себе подонков. Если выступит женщина, про нее будет сказано, что ее бьет муж, и ей это нравится.

Статью протоиерея Андрея Кордочкина «Как смирение, терпение и послушание стали православным словарем жертвы» лайкнули 1675 человек из «Фейсбука», в котором, как известно, засели модернисты. В ней автор фактически клевещет на людей, причисленных Церковью к лику святых: «Садо ищет мазо, мазо ищет садо. Насильник и жертва испытывают потребность друг в друге. И чтобы остановить насилие, перемены должны произойти не только в палаче, но и в жертве. Очень важно, что убитая недавно жена священника была готова выйти из насильственных отношений, сохраняя физическое и психическое здоровье детей. Но часто «жертвы» не готовы к действию и к переменам. Православный словарь вооружает жертву множеством полезных терминов: «нужно нести свой крест», «смирение-терпение-послушание», и т.д. Понятиями «достоинство» и «уважение» она не оперирует. Таким образом, жертва своим безволием попустительствует насилию в семье и отвечает за превращение, в конечном итоге, иконы брака в злую карикатуру».

Церковь не поощряет семейных избиений. Избиение жены в православии рассматривается как тяжелый грех. И если человек не покается на исповеди в том, что он вел себя таким образом, то после смерти он отправится в ад. Церковь разрешает женщинам, которых избивают мужья, разводиться (есть такая допускаемая причина для развода, как «посягательство на жизнь или здоровье супруги, либо детей»).

Но в то же время Церковь не обвиняет жен, которых избивают мужья, в том, что они превращают супругов в садистов, что они искажают брак, что им нравится, когда их бьют. Поэтому Церковь оказывается милосерднее протоиерея Андрея Кордочкина, который сваливает все с больной головы на здоровую: осуждает жертв насилия и обзывает их мазохистками. Насколько я понимаю, мазохизм является психическим отклонением, и, как и прочие психические отклонения, встречается крайне редко.

Среди святых есть женщины, которых избивали мужья. Например, жившая в ХIX веке блаженная Пелагия Дивеевская. Муж страшно издевался над ней, но она от него не уходила. Он потом сам отправил блаженную к ее матери. Вот, что пишет священномученик Серафим (Чичагов) в «Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря» о мучениях святой Пелагии в замужестве: «С этого времени муж перестал щадить ее. Сергей Васильевич начал ее страшно бить, вследствие чего Пелагея Ивановна, несмотря на свою здоровую и крепкую натуру, видимо начала чахнуть», «Муж, бывало, поймает ее, бьет чем ни попало, поленом – так поленом, палкой – так палкой, запрет ее, морит голодом и холодом», «Тогда обезумевший Сергей Васильевич заказал для жены, как для дикого зверя, железную цепь с таким же железным кольцом и сам своими руками заковал в нее Пелагею Ивановну, и приковал к стене, и издевался над нею, как ему хотелось. Иногда несчастная женщина, оборвавши цепь, вырывалась из своего дома и, гремя цепью, полураздетая, бегала по улицам города, наводя на всех ужас».

Муж истязал и великомученицу Анастасию Узорешительницу, и она тоже от него не уходила. Она освободилась только тогда, когда ее супруг умер. Вот как описывает истязания великомученицы Анастасии святитель Димитрий Ростовский в «Житиях святых»: «И тогда Помплий, воспользовавшись смертью своего тестя, из ненависти к Анастасии за ее несогласие к его плотским желаниям, замыслил уморить ее, чтобы наследовать все ее имение и жить с другой женою на чужие деньги. Обращаясь со святою, как с пленницею и рабою, он ежедневно истязал и мучил ее».

Мало того, в Византии была причислена к лику святых женщина, замученная мужем до смерти. Святая Каллия Константинопольская была женой богатого купца. В то время, как он три года занимался своими торговыми делами в других странах, она щедро раздавала милостыню. Когда муж вернулся и узнал об этом, то, как пишет святитель Филарет Черниговский в «Житиях святых», он «до того рассвирепел на жену, что замучил ее до смерти». От мощей святой Каллии Константинопольской происходили исцеления.

То есть Церковь, в отличие от протоиерея Андрея Кордочкина, не видит никакого греха в том, что некоторые женщины не разводятся с мужьями-садистами, и в том, что они не могут заставить супругов вести себя с ними подобающим образом. Этот священник сочинил нам какой-то новый, неизвестный доселе, грех. Впрочем, для погрязшего во зле мира, частью которого являются модернисты, неумение постоять за себя – это несомненный и тягчайший грех. Беззащитных людей там презирают и говорят им с высоты своего превосходства: «У тебя такой вид, что тебя так и хочется обидеть!». А модернисты всю эту мерзость пытаются протащить в святую Церковь.

Мучеников, кстати, тоже много били и пытали, и над блаженными сильно издевались. И все эти люди получили от Бога не укор за то, что не смогли и даже не пытались защитить себя, а венцы. И никому из православных и в голову не приходит обвинять мучеников в том, что они своим терпением попустительствовали государственному насилию.

Клевета на православных россиянок и священников

А уж Ирина Лукьянова в своей статье «Приюты для жертв есть, а слова «насилие» нет – почему Церковь молчит, когда в семьях бьют и унижают», отрывается по полной программе. Она поносит и блаженного Августина, и святителя Иоанна Златоуста, и святителя Филарета Московского. Как статью человека, смешивающего с грязью святых, могли опубликовать на своем ресурсе православные люди? Правильный ответ: никак, православные люди пнули бы такого автора и еще вдогонку кинули бы ему его опус. Публикация этой статьи стала возможной только потому, что портал «Правмир» не имеет никакого отношения к православию.

Мало того, эта Лукьянова еще пишет: «Не могу представить себе, чтобы Христос промолчал, зная, что людей пытают в системе ФСИН». А в курсе ли гражданка Лукьянова, что Христос является Второй Ипостасью Пресвятой Троицы, и что после Своего распятия Он не умер, а воссел одесную Бога Отца? И что Христос прекрасно видит, как людей пытают во ФСИН? И понимает ли она, что ей не следовало бы с ее умом, который даже не может постичь писания отцов, влезать в Божественные планы домостроительства?

Эта Лукьянова еще и клевещет на православных. Вот что она пишет про женщин: «Самое паршивое, что сюда добавляют еще свое ценное мнение православные смиренные строптивицы – или строптивые смиренницы, как вам больше нравится. Те самые, которые про себя легко скажут «еж – птица гордая, не пнешь – не полетит», которые призывают себя «соберись, тряпка» и делятся секретами семейного мира – мол, я коза такая, пока муж не даст по морде – не перестану его доставать». У меня было много знакомых православных женщин, но я еще ни от одной из них не слышала ничего подобного.

А вот что Лукьянова пишет про священников: «Может, в самом деле мы, православные женщины, не читаем из года в год в православной литературе и не слышим от многочисленных батюшек, что в Традиционной Семье Традиционные Ценности велят женщине терпеть, смиряться, спасаться чадородием, самореализоваться в многочадии, повиноваться мужу, накрывать ему на стол первому – и ни в коем случае не разрушать брака, заключенного на Небесах, по своеволию и себялюбию». Мне еще никто из священников не предлагал самореализовываться в многочадии и не говорил, что мужу надо подавать на стол первому. И литературу я со всяким бредом не читаю – не знаю, где раздобывает Лукьянова подобного рода брошюрки, и существуют ли такие брошюрки на самом деле.

А если она считает, что не жена должна подчиняться мужу, а муж должен подчиняться жене, то на это я могу сказать, что в застойные годы было много женщин, которые являлись главами своих семей и тащили на себе и мужей, и детей, но счастья им это не приносило. И при Плутархе были такие женщины, и вот что о них писал сей ученый муж: «Жены, которые предпочитают помыкать глупым мужем, нежели слушаться умного, напоминают таких, кто в пути предпочитает вести за собою слепца, чем идти за человеком зрячим и знающим дорогу».

Призыв к разводам

Как это водится, автор, который не в состоянии даже разобраться, о чем писали святые отцы, начинает с большим апломбом учить Церковь, как она должна себя вести. Еще отцы заметили, что чем меньше человек из себя представляет, тем больше у него гонора. Лукьянова пишет: «Чем может помочь Церковь, кроме кризисных центров в приходах? Да хотя бы внятным разговором о том, что если человека изо дня в день бьют, оскорбляют, лишают общения и денег, запрещают работать, запугивают тем, что отнимут ребенка, закатывают безумные и жестокие сцены ревности, наказывают многодневным молчанием, изменяют, если муж пьет и выносит из дома последние семейные ценности – то ни о каких Семейных Ценностях здесь уже речи не идет. Здесь человек очевидно разваливает брак, и это не та ситуация, которая лечится смирением, терпением и любовью страдающей стороны. Можно говорить о том, что желание уйти из этой ситуации – это не предательство Христа, не смертный грех; что брак прекращается не тогда, когда супруги расстаются физически, а тогда, когда из него уходит любовь и начинается насилие».

Сердобольный человек, прочитав этот абзац, посочувствовал бы Лукьяновой: она совершенно не разбирается в христианстве, и наивно выставляет свое невежество на всеобщее обозрение. Дело в том, что никакой развод не может расцениваться как предательство Христа и никакой развод не может являться смертным грехом. Предательство Христа и смертный грех – это совсем другое.

Но этот абзац Лукьяновой не только жалок, но и опасен, потому что в нем авторша «Правмира» фактически провоцирует на разводы 60-70% семей. Под ее определение плохого брака можно подвести все, что угодно. Например, может быть, у человека плохой характер, и он часто обижается и молчит, так что, с ним из-за этого надо разводиться и искать того мужчину, у которого хороший характер? А может ли Лукьянова дать гарантию, что этот новый муж с хорошим характером не станет алкоголиком со временем? И его тоже надо будет менять? И так всю жизнь надо будет проводить в поиске более лучшего варианта?

И почему Лукьянова считает, что обидчивого, или ревнивого, или пьющего, или запрещающего работать человека нельзя вылечить любовью? В Советском Союзе чуть ли не большинство мужчин пили, но с ними не разводились, и многие из них со временем перестали пить. А если бы жены выбрасывали таких мужей на улицу, их бы, может быть, уже не было в живых – они бы допились до смерти.

И с какой стати Церковь по указке Лукьяновой должна, противореча и здравому смыслу, и православному учению, призывать людей разводиться из-за всякой ерунды? На литургиях очень часто читается отрывок из Послания апостола Павла Галатам: «Друг друга тяготы носите, и так исполните закон Христов». Вот по этому указанию и живут настоящие христиане, а не по словам лжепророков, учащим через «Правмир» ничего не терпеть, а яростно бороться с окружающими за то, чтобы устроить себе привольную жизнь на земле. Эти лжепророки и сами идут по пространному и широкому пути, ведущему в ад, и еще и стараются затащить на этот путь настоящих христиан, шествующих по узкому и тернистому пути, вводящему в Царство Небесное.

Алла Тучкова, журналист

Tags: "Православие и мир", ересь модернизма
Subscribe

Featured Posts from This Journal

Comments for this post were disabled by the author